Экономический коллапс в Заливе: ВВП Катара может рухнуть на 14%

Экономическая карта Ближнего Востока перекраивается в реальном времени. Пока мировые цены на нефть штурмуют отметку $100, эксперты Bloomberg и Goldman Sachs предупреждают: регион стоит на пороге самого глубокого кризиса за последние 35 лет.

Если блокада Ормузского пролива продлится до конца апреля, экономический ландшафт стран Залива изменится до неузнаваемости.

Прогноз падения ВВП: Удар по «узким местам»

Блокада пролива — это не просто военная мера, это полная остановка денежного потока для стран, чья география не позволяет вывозить нефть и газ иными путями.

Для сравнения: падение ВВП Катара и Кувейта на 14% — это масштаб катастрофы, превышающий последствия мирового финансового кризиса 2008 года и пандемии 2020-го.

Саудовская Аравия: «Остров стабильности»?

Парадоксально, но крупнейшая экономика региона может выйти из войны окрепшей. Главный экономист Goldman Sachs Фарук Сусса и эксперты из Института арабских государств выделяют несколько факторов устойчивости Эр-Рияда:

1. Логистический маневр: Саудовская Аравия активно использует свои терминалы в Красном море, что позволяет ей поставлять нефть в Европу и США в обход зоны боевых действий.

2. Эффект «ПВО»: Успешное отражение иранских атак укрепило статус королевства как безопасной гавани для инвестиций.

3. Бюджетный сюрприз: Если цена Brent удержится на уровне $90–$100, дефицит бюджета Саудовской Аравии сократится до 2,3% (вместо плановых 3,3%).

Доверие инвесторов: Шрамы на десятилетия

Главный риск, по мнению Тима Каллена, заключается не в падении добычи, а в долгосрочном бегстве капитала.

• Туризм и авиация: Дубай и Доха уже столкнулись с массовыми отменами бронирований. Статус региона как глобального логистического и туристического хаба под угрозой.

• Инвестиционные «шрамы»: Даже после окончания войны инвесторы будут закладывать в стоимость проектов в Заливе повышенную премию за риск, что замедлит диверсификацию экономик.

«Для многих экономик Залива эта война имеет более серьезные последствия, чем Covid-19. Вопрос не в том, восстановятся ли они, а в том, как долго мир будет помнить эту уязвимость», — отмечает Фарук Сусса.